Дружим по законам джунглей

Дата публикации 16.07.2010

Мы слишком заняты и статус наш слишком высок, чтобы обращать внимание на окружающих. Если выгодой не пахнет, мы не участвуем, ведь мы никому ничего не должны. Почему люди в России отказываются объединяться и даже "братства" не работают, E-xecutive выясняет на примере выпускников отечественных школ бизнеса.

Сегодня в России как-то не принято объединяться. Деньги и личная выгода все еще побуждают нас вливаться в некие социальные группы, но без чувства наживы наш интерес к окружающим резко пропадает. Клубы выпускников российских школ бизнеса наглядно это доказывают. Казалось бы, люди два года общаются, дружат и вместе пыхтят над бизнес-кейсами, но вот они получают дипломы и сразу же разбегаются в разные стороны, потому что видеть друг друга не хотят.

Та самая "клубность MBA", о которой одни мечтают, а другие ругают, у нас не работает. Когда общаешься с выпускниками западных школ бизнеса, например, Harvard или Stanford, постоянно слышишь, что один помог другому деньгами на развитие дела или кто-то кому-то бесплатно подсказал, как лучше выйти из тупика в бизнесе, причем этот "кто-то" работает в компании уровня Google. И все это благодаря тому, что люди общаются после учебы. Если же спрашиваешь выпускника российский школы бизнеса, вступил ли он в ассоциацию своей школы, то чаще всего слышишь в ответ, что он вообще не слышал о клубе или же вступать не собирается. Почему?

Слишком статусные и бессознательные, чтобы быть вместе


"Чаще всего ассоциации или клубы выпускников создаются при содействии бизнес-школ, которые стремятся удержать выпускников в своей орбите, - замечает Юрий Тазов, президент Российской лиги МВА. - Школы видят своих выпускников лоббистами, рекомендателями и в некоторых случаях претендентами на покупку другой своей программы, например, профпереподготовки или DBA".

Денис Волков, президент Ассоциации выпускников ВШМ - клуба MBA считает, что люди не торопятся вступать в объединения выпускников, потому что не видят в них ценности и пользы лично для себя и своего бизнеса от участия в таких объединениях. По его мнению, все дело в социальном статусе слушателей и том отпечатке, который накладывает на людей само бизнес-образование. Как правило, говорит Волков, в российских школах бизнеса учатся уже зрелые руководители и собственники бизнеса, которые пришли на программы, чтобы восполнить пробелы в экономическом образовании. Рядом с ними учатся амбициозные менеджеры среднего звена, которые надеются за счет степени MBA ускорить восхождение по карьерной лестнице. Есть еще небольшая прослойка людей, которые исчерпали возможности для роста и развития в своих отраслях и планируют совершить кросс-индустриальный переход. Как правило, все они стремятся к новым знакомствам и контактам в среде одногруппников, хотя связей у них и без того хватает, однако, подружившись с кем-то за время учебы, так и продолжают общаться с ограниченным числом новых знакомых и почему-то не стремятся потом расширять круг общения за счет выпускников других лет.

Сергей Быков получил степень MBA в МИРБИС и считает, что все дело в формате обучения. Если люди учатся один-два года вместе, отдавая этому занятию все дни, то они становятся близкими друзьями, говорит Быков, но чаще всего слушатели российских программ встречаются один раз в неделю, а остальные шесть дней посвящают работе и семье. Учеба становится второстепенным занятием, и "выстроить" близкие отношения в таком режиме довольно трудно.

"Школа бизнеса развивает у слушателей "ресурсный подход" к общению, - продолжает Волков. - Слушатели понимают, что каждого человека в организации и вне ее надо рассматривать с точки зрения того, как он может помочь решить бизнес-задачу или достичь поставленных целей. Люди, приходящие на российские программы MBA, умеют быстро определять, кто чего стоит, с кем стоит развивать и поддерживать отношения, а кто - лишний".

К тому же, как отмечает Денис Волков, сейчас российские школы бизнеса формируют учебные группы весьма свободно, поэтому по-настоящему "стоящих" людей на программах сразу видно. Эти "яркие звезды" - успешные и занятые люди. Одногруппники общаются с ними после завершения учебы без помощи ассоциаций и клубов, говорит Волков и указывает, что в России пока еще не успела сформироваться культура участия в объединениях выпускников, в отличие от западных бизнес-школ, где такая культура формировалась на протяжении почти целого столетия.

"Еще недавно в России отвергалось все коллективистское, каждый хотел быть сам по себе, - развивает мысль Сергей Мясоедов, вице-президент РАБО и ректор ИБДА АНХ, - Есть старая истина: "чтобы выправить согнутую палку, надо перегнуть ее в другую сторону". Вот наше общество, если хотите, сейчас перегнуто в другую сторону, у нас нет гражданского сознания, а это, к сожалению, говорит о незрелости представителей нашей элиты. До последнего времени это проявлялось и в политике, и в экономике, и в образовании".

Если верить статистике, гражданское сознание просыпается в обществе через двадцатилетие после революционных преобразований. То есть именно сейчас, как полагает Мясоедов, люди в нашей стране начинают чувствовать, что неплохо бы вступать в профессиональные и гражданские объединения, потому что люди хотят понять, какую роль они играют в обществе. Без этого чувства профессиональная прослойка бизнеса так и останется толщиной в лист бумаги, уверен ректор.

"Первые российские клубы выпускников появились еще в начале 1990-х, когда бизнес-образование только зарождалось в нашей стране, - рассказывает Сергей Мясоедов. - Допустим, клуб выпускников ШМБ МГИМО (сейчас эта школа бизнеса называется ИБДА АНХ. - E-xecutive) существует до сих пор, в нем участвуют порядка пятидесяти человек, все они из первой предпринимательской волны, выросшей из кооперативов. Люди обмениваются опытом, ездят вместе за рубеж, но они не могут перерасти в большую организацию, потому что они интроверты, их волнуют только внутренние вопросы, а широкие общественные проблемы они пропускают мимо себя. Нынешняя Ассоциация выпускников ИБДА АНХ объединяет уже более 4,5 тыс. человек, но это все равно мало. Для сравнения: официальный клуб Гарвардской школы бизнеса насчитывает порядка 70 тыс. выпускников.

"Беда всех нынешних и прошлых клубов выпускников именно в том, что они ограничиваются только внутренними вопросами, - рассуждает Мясоедов. - Люди ориентируются на краткосрочные, сиюминутные интересы. Хотя выпускники постепенно начинают уделять свое внимание в последние год-два благотворительности, помощи вузовскому образованию и поддержке молодых предпринимателей. Медленно, но дело двигается с мертвой точки".

Никто ничего не должен


Юрий Тазов руководит независимой ассоциацией выпускников MBA и видит в этом явный плюс - ему не надо согласовывать каждый свой шаг с руководством школы бизнеса. Правда, обратная сторона независимости больно ударяет по карману. Когда создаешь новое дело, всегда отсутствуют средства на инфраструктуру, говорит Тазов, поэтому обычно школа бизнеса в той или иной форме финансирует ассоциацию своих выпускников: обеспечивает ее офисом, оргтехникой, организует рассылки по базе данных выпускников. Администраторы некоторых клубов состоят в штате своих бизнес-школ и получают там зарплату. Такое положение дел иногда порождает иждивенческий настрой среди членов ассоциации, которые начинают думать, что школа больше заинтересована в клубе и поэтому должна им все организовать.

Как вспоминает Денис Волков из ВШМБ, "самое трудное - это начать". "Очень многое можно сделать на энтузиазме, на инициативе активных и творческих выпускников. Однако развитие клуба требует финансирования, особенно на начальном этапе, когда люди не видят особой ценности объединения. Финансовая поддержка со стороны бизнес-школы на тот период, пока клуб ее выпускников "встает на ноги", была бы весьма кстати, конечно же, но пока все делается на общественных началах. Мы у школы денег не просим - организационная и моральная поддержка гораздо важнее для нас", - говорит он.

"Никто никому ничего давать не должен, - продолжает Сергей Мясоедов. - Если школа должна финансировать клуб, то такой клуб не нужен. Выпускники, которые мнят себя предпринимателями и выпрашивают у школы $1 тыс., позорят школу. Это обычное качество советского иждивенца: "Дайте нам деньги, мы их распилим". С такими выпускниками я принципиально не разговариваю".

Ректор ИБДА Сергей Мясоедов готов поддержать любое мероприятие клуба, но только интеллектуально и по принципу - все что угодно, кроме денег. Образование, как он говорит - это не то место, где "создаются деньги". Деньги создаются на нефтяных вышках и в банках, вот там Сергей Мясоедов и советует искать финансирование, при условии, конечно, что у вас есть хорошие идеи.

Еще одна сложность, которая мешает создать клуб, по словам Мясоедова, заключается в неоднородности выпускников. Линейный менеджер и топ-менеджер по-разному смотрят на жизнь и дружат с разными людьми, поэтому вы можете собрать хоть 800 человек в одном зале, но общего у них будет мало. Вряд ли они захотят часто встречаться и помогать друг другу. Ассоциацию надо сегментировать.

"Часто ассоциациями руководят выпускники, у которых свой бизнес по какой-то причине не удался и карьерный рост менеджера не получился, - находит еще одну сложность Сергей Месоедов. - То есть тот, кто не может выстроить собственную карьеру, берется создавать ассоциацию, советует альма-матер, как это делать, предлагает себя в лидеры и… просит деньги, поддержку и доступ к базе данных. Думаю, это не лучший потенциал, на который следует опираться в этом деле".

У выпускников нет времени, чтобы создавать и управлять ассоциациями, замечает Юрий Тазов, если среди выпускников нет яркого лидера, располагающего ресурсами и желанием заниматься этой работой, через полгода-год клуб будет существовать только на бумаге. "Но было бы ошибкой думать, что без формально учрежденной ассоциации выпускники МВА не общаются и не помогают друг другу", - уверяет Тазов.

Спасибо, что научили, но больше денег не дадим


Выпускники западных программ MBA перечисляют по 2% от своих зарплат в свои же школы бизнеса, и это считается совершенно обыденным делом. Такие фонды наполняют до половины бюджетов школ бизнеса. Отечественные школы с завистью поглядывают на своих западных коллег, потому что в России школы перебиваются лишь редкими пожертвованиями от своих самых состоятельных выпускников. Причин тут несколько, и неуклюжее налоговое законодательство далеко не главная из них.

"В российской традиции вообще не принято благодарить деньгами своих учителей, - говорит Юрий Тазов. - С другой стороны, часто даже те люди, которые довольны итогами обучения в школе бизнеса, полагают, что сполна заплатили за образование и на этом финансовые отношения со школой можно считать завершенными".

Президент Ассоциации выпускников ВШМБ Денис Волков соглашается, что культура финансовой поддержки своих бизнес-школ выпускниками в России все еще далека от идеала, но видит загвоздку еще и в том, что порой выпускники разочаровываются в результатах своего обучения. Ожидания, которые у некоторых связывались с получением степени МВА, не оправдываются. Такие люди думают, что они и так переплатили за программу, чтобы еще жертвовать дополнительные деньги. Отсутствие же у школ сформулированных и прозрачных программ целевого финансирования, которые объясняли бы потенциальным жертвователям, на какие цели будут направлены средства, перечисляемые выпускниками, сдерживает тех, кто желал бы поддержать свою "альма-матер в бизнес-образовании". Все это, по словам Волкова, мешает развитию отечественной практики перечисления пожертвований бизнес-школам, давно уже ставшей нормой на Западе.

"Дело не в отсутствии программ финансирования у бизнес-школ, - не соглашается президент Российской лиги МВА Юрий Тазов. - Для выпускников их бизнес-школа совсем не та структура, которой необходима финансовая помощь. Помогать нужно детским домам, школам, домам престарелых, а не бизнес-школам, которые создали себе имидж элитных и богатых учебных заведений".

Согласно исследованию Ассоциации менеджеров, только 15% российских бизнесменов доверяют другим бизнесменам из России, приводит статистику Сергей Мясоедов, это самый низкий показатель в Европе. А без доверия социальные сети и объединения невозможны. "Все мы знаем тысячи случаев, когда разворовываются общественные деньги, - продолжает ректор ИБДА АНХ. - Поэтому школы бизнеса должны научиться создавать абсолютно прозрачные фонды и объяснять людям, как все контролируется, иначе выпускники деньги не принесут".

Как рассказывает Мясоедов, его школа неоднократно собирала суммы в несколько десятков тысяч долларов под проведение мероприятий (выступление видных ученых, разработка учебно-методических материалов, конференции и так далее). Но этого все равно мало, если сравнивать с американскими или европейскими школами бизнеса. Дело в том, что ведущие западные школы умеют придать мероприятиям масштабности: приглашают выдающихся людей со всего света, печатают яркие буклеты, запускают массовые рассылки. Это творческая, красивая, продуманная кампания, которая несет серьезное содержание и одновременно является настоящим шоу. Обычно такие мероприятия направлены на то, чтобы лучшие выпускники встретились с другими лучшими выпускниками.

В 2004 году школа бизнеса Wharton проводила слет выпускников в Москве, вспоминает Мясоедов, который окончил эту американскую школу и участвовал в торжестве. Открывал мероприятие принц Майкл Кентский. Лучшие преподаватели проводили однодневные семинары, а те профессора, кто приехать не смог, выступили по телемосту. Со всех континентов слетелись видные бизнесмены. Шоу завершилось тем, что выпускник Wharton и руководитель компании Sun по России Шив Кемпка в присутствии сотен выпускников подписал и подарил Wharton чек на $100 тыс. К слову, компания Sun и ее руководитель активно поддержали инициативу создания школы бизнеса "Сколково". Нашим школам бизнеса и бизнесменам, по словам Мясоедова, только предстоит учиться всему этому.

А пока российские школы, по признанию самих игроков образовательного рынка, по большому счету думают только о том, как бы использовать выпускников "на короткую", чтобы выманить у них какие-то деньги, а наименее удачливые выпускники пытаются выпросить деньги у школы.

"Если есть яркие и инновационные идеи, деньги найдутся, - заключает Сергей Мясоедов, - а вот создавать объединение под сиюминутные интересы и выискивать мелкие деньги, по-моему, бесперспективно. Во всяком случае, за двадцать лет работы школ бизнеса в России такая тактика результата не дала".

Комментарии Фейсбук Вконтакте