Wharton стремится к новым высотам

Дата публикации

Глава и замглавы приемной комиссии Уортонской бизнес-школы рассказывают о том, как они привлекают в школу новых студентов и как они подходят к этическим вопросам.

 

Cкандалы, потрясшие американскую бизнес-элиту в прошедшем году, привлекли внимание общественности к тому, как понимается в бизнесе этика, как бизнесмены смотрят на понятие «честность». В ответ на это бизнес-школы начали расширять свои учебные программы, включая в них различные материалы по бизнес-этике (см. BW, 6/13/02, «Где управленцы могут выучиться этике» и 9/6/02, «И снова о том же – переоценка ценностей у обладателей степени MBA»).

 

Приемные комиссии университетов тоже не сидят сложа руки. Возьмем, к примеру, Уортонскую бизнес-школу Университета Пенсильвании (Первое место в рейтинге BW в 2000 году). Там приемная комиссия, во-первых, наняла независимую компанию для проверки сведений, предоставляемых поступающими, на предмет соответствия действительности, и, во-вторых, разработала масштабную программу по рекламированию степени MBA в нетрадиционных для этой степени сферах бизнеса.

 

Недавно корреспондент BusinessWeek Брайан Хиндо обсудил с председателем приемной комиссии Уортонской бизнес-школы Розмарией Мартинелли и ее заместителем Алексом Брауном последние события и новые веяния в бизнес-образовании в преддверии приемных экзаменов. Нижеследующее – фрагменты их беседы.

 

Вопрос: Со времен прошлогодних вступительных экзаменов мир сильно изменился – взять хотя бы события 11 сентября и бизнес-скандалы. Можете ли вы сказать, что, вследствие всего этого, к вам стали поступать несколько другие люди?

 

Мартинелли: Можно сказать, что в поданных в нашу школу заявлениях мы отметили гораздо больше вдумчивости, размышлений над тем, как поступающие понимают себя и свои цели. Особенно это касается документов, поданных к первому дэдлайну. Все вступительные заявления исключительно сильные. Но что касается разнообразия самих поступающих, я имею в виду из какой сферы бизнеса они пришли, граждане они США или иностранцы, то здесь мы не видим особых отличий от предыдущего года.

 

Мне кажется, что люди стали больше задумываться о собственной жизни. Во всяком случае, я сама стала серьезнее задумываться об этом. Конечно, особенно часто такие мысли посещали людей в начале года, когда события 11 сентября были еще свежи в памяти; чем дальше мы от них уходим, тем сильнее работает привычка и тем более обычным становится наше мышление.

 

В: Большинство бизнес-скандалов, связанных с корпоративной нечистоплотностью, разразились после окончания работы приемных комиссий в прошлом году. Однако, не сказались ли все же эти новости на образе мысли людей, с которыми вы имеете дело? Можете ли вы сказать, что люди, поступающие к вам сегодня, делают какой-то особый акцент на ответственности, честности?

 

Мартинелли: Ну, что касается наших студентов, то я точно знаю, что они делают такой акцент. Студенты первого года только об этом и говорят. Не знаю, что мы получим в этом смысле от поступающих в этом году, мы еще ни с кем из них не встречались. Но люди, посещающие наш кампус в качестве потенциальных поступающих, также обеспокоены этим.

 

Браун: Я полагаю – но это мое мнение как частного лица, а не как сотрудника Уортонской бизнес-школы – что люди из компаний Enron и WorldCom опорочили в глазах людей степень MBA. Произошедшие события, несомненно, негативно скажутся на наших усилиях распространить престиж степени MBA на сферы рынка, традиционно в ней не заинтересованные.

 

Поэтому мы пытаемся быть как можно более агрессивными в наших попытках сделать так, чтобы слово MBA перестало ассоциироваться с событиями, произошедшими в том году. И сейчас, когда к нам начинают поступать вступительные заявления, мы видим, что у наших потенциальных студентов за плечами опыт работы в нетрадиционных для MBA сферах бизнеса.

 

В: Когда потенциальный студент пишет заявление, он указывает, какой ему видится его профессиональная карьера. Есть ли различия по этому параметру между заявлениями прошлого и этого года? Студенты собираются следовать традиционным путям или думают найти что-то новое?

 

Браун: Исторически сложилось, что степень MBA очень четко ассоциируется именно с консалтингом и инвестиционными банками, так что люди из других сфер бизнеса не ищут возможности получить степень даже в тех случаях, когда они могли бы извлечь из этого большую выгоду.

 

Более того, в компаниях, не принадлежащих к сферам консалтинга, инвестиционной банковской деятельности и ряду других, просто не принято направлять своих сотрудников на программы MBA. Поэтому мы вложили массу усилий в разработку учебных материалов, которые разъясняли бы таким компаниям, насколько большую отдачу они могли бы получить от своих сотрудников, если бы те имели степень MBA. Средняя компания ведь и не будет подталкивать своих людей получать степень, в отличие от какой-нибудь консалтинговой фирмы.

 

В: Вы сосредоточиваете свои усилия в этом направлении на каких-то определенных сферах бизнеса?

 

Браун: Прежде всего это средства массовой информации, индустрия развлечений и некоммерческие организации. Мы провели значительное количество интервью с нашими выпускниками, которые работали в этих сферах бизнеса; они рассказали нам, почему они решили получить степень MBA, почему именно в Уортонской школе, чем они сейчас занимаются, пошел ли им на пользу опыт, полученный ими у нас.

 

Мы разрабатываем и маркетинговые материалы; мы хотим добиться, чтобы люди прозрели, чтобы они поняли, что степень MBA – это очень ценная для них вещь, что их негативное к ней отношение – большая ошибка. Мы будем просить наших студентов, пришедших к нам из этих сфер бизнеса, передать эту информацию своим сверстникам и коллегам. Это такой пилотный проект, если он удастся, мы будем применять разработанные нами технологии во всех сферах бизнеса, которые еще нами не охвачены.

 

В: Уортонская школа недавно обратилась в компанию «ADP Screening & Selection Services» за услугами по проверке заявлений поступающих на соответствие действительности. Когда и почему вы решились на этот шаг?

 

Мартинелли: Еще зимой у нас пошли разговоры, как сложно нам проверять данные поступающих. В заявлении, которое подписывает каждый поступающий, есть пункт, разрешающий нам проверять, действительно ли он работал в прошлом в тех корпорациях, которые указывает. Но до сей поры у нас просто не было времени проводить такие проверки.

 

Где-то в январе мы задумались о том, не нанять ли для этого какую-нибудь компанию, затем обратились за советом к университету, ряду его клиентов, и вот, заключили в марте контракт. Так что, как видите, мы предприняли эти действия еще до того, как разразились известные бизнес-скандалы.

 

Мы ведь не знали, какова степень приукрашивания информации в заявлениях (а может быть, иные и просто вводят нас в заблуждение, предоставляя заведомо ложные сведения), поэтому мы решили обеспечить себе уверенность в том, что мы набираем только честных людей. Мы надеемся, что в результате заказанных нами проверок мы никого не поймаем на лжи. Мы хотели бы, чтобы наша инициатива оказалась, так сказать, мерой устрашения, сдерживания.

 

В: Вы говорите о приукрашивании. Можете ли вы привести примеры того, как это выглядит, на основе заявлений прошлых лет?

 

Мартинелли: Ну, студенты частенько приукрашивают собственные достижения, но это нас как раз не интересует. Мы ищем беззастенчивую ложь. Допустим, человек пишет: «Я работал в компании такой-то», а на самом деле такой компании не существовало, или «я занимал такую-то должность», а на самом деле такой должности не существовало. Мы хотим обезопасить себя от людей, которые пишут подобные вещи. Мы также хотели бы обезопасить себя и от людей, приукрашивающих собственные достижения в определенных сферах. Частенько мы хотим представить себя в более выгодном свете, чем мы есть на самом деле.

 

Я считаю, наша основная идея – показать людям, что если они просто будут писать о себе правду, то это вовсе не сведет на нет их шансы попасть в Уортонскую школу, а с точностью до наоборот. Мы хотим показать им, что вовсе не нужно выдумывать из головы всякие «блестящие» заявления. Мы хотим взять в школу живого человека, с той или иной мотивацией и амбициями, а не того, что уже всего достиг и все умеет. Такой человек ведь и не станет подавать заявление в школу MBA – степень ему просто ни к чему.

 

Браун: Я не думаю, что в среде наших потенциальных студентов все эти проблемы стоят так уж остро. Мы наняли «аудиторов» не по этой причине. Дело в том, что если кто-то приукрасил собственные достижения или солгал, а мы не сумели его выявить и приняли в школу, это значит, что кто-то другой, абсолютно честный человек, не попал к нам.

 

В: Прошлой весной из Уортонской школы исключили человека – школа сумела доказать, что он предоставил в своем резюме заведомо ложные сведения. Это событие как-то повлияло на принятие решения нанять «аудиторов»?

 

Мартинелли: Вы правы, этот случай повлиял на наше решение, потому что в нашей школе эта история была воспринята очень болезненно. Уортонская школа придает очень серьезное значение этической чистоплотности. Наказание, которому подвергся упомянутый вами человек, возможно, было чересчур строгим, но на такие вещи мы в Уортонской школе реагируем именно так. Я хочу быть уверена, что всякий, кого мы принимаем в школу, становится частью нашего сообщества, что мы не прошли мимо кого-либо, нужного нам, по той причине, что кто-то другой подделал свое резюме. Мы пытаемся делать все, чтобы дать себе гарантию – всякий, кто учится у нас, учится у нас по праву и принесет нам пользу.

 

Браун: В связи с упомянутым вами случаем могу сказать, что мы периодически получаем по электронной почте письма примерно такого содержания: «Господа, сообщаю вам, что мне известен господин такой-то или госпожа такая-то, он или она подал(а) заявление в вашу школу, но я знаю, что он или она никогда не работали в фирме такой-то, как он или она утверждает». К сожалению, я не могу рассказать вам, как мы реагируем на такие послания; однако мне кажется, что таким вот образом сообщество очищает само себя от случайных людей, ведь и сами студенты хотят, чтобы в нашей школе не было никаких проблем, связанных с этикой.

 

В: Популярность степени MBA и не думает падать. Вас не беспокоит, что предложение слишком велико, что слишком много людей возвращаются обратно в университет за степенью MBA?

 

Мартинелли: Если вы думаете, что люди со степенью MBA идут только в пару-тройку сфер бизнеса, то да, вам может показаться, что спрос гораздо ниже предложения. Но я полагаю, что польза от степени MBA такова, что ей могут воспользоваться люди из гораздо более широкого набора сфер бизнеса, чем традиционные для обладателей степени MBA консалтинг и инвестиционная банковская деятельность. Умения и навыки, которые человек приобретает в процессе обучения, исключительно полезны во всех сферах, будь это некоммерческие организации, средства массовой информации, искусство и т.д. Мы преподаем базовые навыки, которые можно применить, работая где угодно.

 

В: Подытоживая сказанное, есть ли позиции, по которым вы хотели бы видеть прогресс в облике студента Уортонской бизнес-школы?

 

Мартинелли: Да, такие позиции есть. Я хотела бы, чтобы молодежь раньше определялась со своими желаниями – я хотела бы, чтобы среди наших суперзвезд было больше молодых людей. Мне хотелось бы, чтобы к нам шло больше женщин и больше нетрадиционных студентов.

 

Однако, мы не можем прямо влиять на состав людей, идущих к нам, так что мы просто собираемся делать нашу маркетинговую политику более агрессивной, расширить круг людей, которые понимают ценность степени MBA. Каков будет наш следующий набор, зависит от людей, которые захотят к нам пойти. Мы не можем создать наш набор своими руками.

 

В: Я понимаю, сезон подачи заявлений только начался, но тем не менее, как вы полагаете, число заявлений в этом году будет сравнимо с аналогичным в прошлом?

 

Браун: Не думаю, чтобы в этом году у нас снова был рекордный конкурс. В прошлом году на число студентов повлиял фактор задержки: в конце 90-ых годов высококвалифицированные специалисты нечасто шли в бизнес-школы. Так что скачок прошлого года надо, по моему мнению, отнести на счет экономического спада и фактора задержки.

 

Так что мы не ожидаем, что к нам обратятся столько же людей, сколько в прошлом году, но все же число заявлений будет значительным. Я не хочу, чтобы меня поняли так, что в этом году двери бизнес-школ открыты для первого встречного – нет, все равно нужно потратить много усилий, чтобы написать хорошее заявление. Конкурс все равно будет очень высокий.

Комментарии Фейсбук Вконтакте