Убежище для карьериста

Дата публикации 22.05.2009

Когда на рынке наступают смутные времена, некоторые прагматичные менеджеры решают спрыгнуть с «беговой дорожки». Но отправляются они не в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов, не медитировать в Тибет, не загорать на Бермуды. Они едут в бизнес-школу. Где в течение двух лет будут усиленно воплощать в жизнь самый мудрый завет Ленина и готовиться к новому карьерному рывку. НБЖ попытался выяснить, породил ли нынешний финансовый кризис племя людей, жаждущих бизнес-знаний.

 

АКСИОМА ИЛИ БАЙКА


Считается, что серьезный экономический спад автоматом приводит к оживлению на рынке бизнес-образования. На Западе всплеск активности абитуриентов с управленческим стажем действительно случился. Профессор по стратегическому менеджменту британской Ashridge Business School Стефан Шуберт подтвердил: «В школе наблюдается настолько очевидный приток клиентов, что было принято решение об увеличении набора. Это абсолютно нормальная ситуация, когда сужается рынок труда: пространство для карьерного роста ограничено, и многие люди используют это время не для «бодания» с кризисом, а устраняются от изнуряющей и зачастую не приносящей заметных результатов борьбы для повышения профессионального уровня».Студентка американской HULT International Business School Ирина Иванова соглашается: тенденция явная.

И приводит в качестве доказательства слова специализирующегося на финансовых дисциплинах профессора Эдмундса, который не устает уверять слушателей бизнес-школы, что они попали в волну и сейчас самое время для учебы, а другие действия бесполезны. Согласно его прогнозу, экономический подъем в США начнется с ноября 2009 года и выпускникам будет гораздо легче найти работу, нежели сейчас. По словам Ирины, профессору можно верить: он выпускает книги, регулярно дает интервью The Economist, консультирует правительство Чили по финансовым вопросам и к тому же миллионер.

«В мировом масштабе, в особенности в Штатах, аксиома подтвердилась, в отношении России - пока нет. Поток кандидатов, уезжающих за рубеж, не увеличился. Для западного управленца учеба в бизнес-школе - это нормальное решение кризисной проблемы. У нас тема MBA хоть и избита, но это точно не первое, что во время кризиса приходит людям в голову, - убеждена Виктория Пралич, исполнительный директор компании MBA Consult. - Но вот людей из банковско-инвестиционной сферы, проявляющих интерес к бизнес-образованию за рубежом, стало больше. Каждый второй человек приходит оттуда». А вот на российском образовательном рынке аксиома подтверждения не нашла. По данным компании Begin Group, большинство отечественных бизнес-школ говорят о 25-30-процентном падении активности кандидатов. А руководитель программ МВА ИБДА АНХ Ашот Сеферян и вовсе уверен, что истории про невиданный всплеск интереса к бизнес-образованию в кризис не более чем байка: глобального тренда нет. И вообще расклад будет понятен только к осени, когда начнется новый набор на программы MBA. Зимний есть далеко не у всех школ и традиционно менее популярен: россияне привыкли отправлять за знаниями в сентябре, а предыдущий набор осуществлялся до основной волны кризиса, поэтому показательным не является. «Ажиотажа нет. Оно и понятно - экономическая ситуация непредсказуемая. Нас уверяют, что дна мы еще не достигли. И люди, естественно, думают: надо ужимать пояса. Скрупулезно, взвешенно принимают все важные финансовые решения, - продолжает Ашот Сеферян. - Зато уровень мотивации у людей, пришедших сейчас, гораздо выше. Потому что выбор делается в полной мере осознанно. Это уже не дань моде».

При этом некоторые эксперты все-таки отмечают, что всплеск интереса чувствуется. По словам Натальи Жаворонковой, директора программы МВА ЛИНК «Стратегия», возросшая активность кандидатов видна по дням открытых дверей и по количеству заявок на обучение: их в полтора раза больше, чем было, к примеру, в прошлом году. А генеральный директор Moscow Business School Евгений Плужник отмечает, что в сравнении с августом-сентябрем 2008 года спрос на программы MBA к концу февраля 2009-го возрос почти на 70%.

Андрей Волков, ректор московской школы управления «Сколково», самого амбициозного проекта в сфере отечественного бизнес-образования последнего времени, очень четко объясняет разнородные тренды на рынке: «Кризис влияет на этот образовательный сегмент больше, чем на любой другой, причем влияет по-разному. Рост происходит в том сегменте бизнес-образования, где люди сами инвестируют в себя. Поэтому в период кризиса интерес к академическим (длинным) МВА-программам только растет. У многих освобождается время, которое раньше полностью уходило на работу. Те, кто имеют запас средств, решают, куда его потратить: купить недвижимость или вложить в себя и подготовиться к новому этапу, когда экономика начнет расти». Именно поэтому, по словам эксперта, в отношении спроса на академические программы действует обратная зависимость: чем хуже ситуация в экономике, тем больше людей идет учиться. А вот другой сектор бизнес-образования - executive education (для руководителей) - связан с услугами под конкретную компанию. Он в условиях кризиса падает, потому что фирмы сокращают издержки, в том числе на обучение.

Интересно, что первый набор в «Сколково» на длинную программу Executive МВА (ЕМВА), проходивший в сентябре-декабре прошлого года, оказался весьма успешным: количество поданных заявлений составило больше 60 при фактическом размере класса в 25 человек. Это притом, что стоимость программы - ни много ни мало 90 тыс. евро и конкурс в два человека на место для российских бизнес-школ до сих пор считается фантастическим показателем. «Риск не набрать класс был - набрали. Гипотеза подтверждается: определенный слой людей в кризис идет на длинные программы. Это состоявшиеся менеджеры с 5-6-летним управленческим опытом, которым нужен серьезный апгрейд знаний, мировоззренческая встряска. Структурная революция», - рассуждает Андрей Волков. При этом он уверен, что рынок в ближайшее время серьезно просядет. Бюджеты сократятся, и, возможно, нас ожидает мертвый сезон. Но явление окажется временным. И прогноз вполне оптимистичный. Если кризис вскоре закончится, люди пойдут в бизнес-школы. Если затянется, тоже пойдут.

 

ГУДБАЙ, АМЕРИКА


Перед менеджером, который всерьез задумался об MBA, встает нетривиальный вопрос о месте получения бизнес-образования. По данным Виктории Пралич, россияне по-прежнему стремятся в США: привлекают длинные, двухлетние программы и то, что они дешевле, чем в Европе. Повышенным спросом пользуется первая «двадцатка» бизнес-школ. Конечно, престижный диплом открывает гораздо больше карьерных перспектив. Хотя кризис внес в этот процесс существенные коррективы.

Во-первых, в топовую школу из-за возросшей активности кандидатов поступить стало еще сложнее. В гонке за рейтингом, по словам Ирины Ивановой, школы постоянно повышают требования. Если пять-шесть лет назад 600 баллов по тесту GMAT считалось хорошим результатом, то сейчас планка для ведущих учебных заведений - 700 баллов и выше. Также школы стали применять изощренные методики интервью, в частности, стрессовое интервью. Студент авторитетной бизнес-школы Duke Виталий Осокин говорит: «По неофициальным данным, объем заявлений на поступление выше прошлогоднего уровня на 30-40%. Бесспорно, наплыв абитуриентов создает дополнительную конкуренцию. И это повышает требования к результатам тестов, к качеству вступительных эссе, рекомендаций и т.д. Тяжелей всего приходится финансистам: теперь им необходимо выделяться из толпы бывших сотрудников Goldman Sachs, Morgan Stanley и прочих именитых банков, которые из-за кризиса увольняли работников тысячами».

Во-вторых, даже «корочка» супершколы не гарантирует сейчас не только успешного, но и трудоустройства в принципе. «Найти работу в финансовой сфере в США настолько сложно, что, считайте, невозможно. Многие мои сокурсники-финансисты уже проделали огромную работу по поиску и просто сдались», - пессимистична Ирина Иванова. В школах иностранным студентам, по ее признанию, говорят прямо и безжалостно: «После окончания езжайте домой, здесь вы не трудоустроитесь». Она приводит в пример недавний показательный случай. В качестве гостевого спикера Hult посетил вице-президент Gillette. По окончании выступления Ирина подошла с вопросом: «Как попасть в вашу компанию? Мы высылаем резюме с корпоративного сайта, и есть ощущение, что они уходят в пустоту». Последовал ответ: «Подавайте CV в наше представительство в России». Сейчас получить приглашение на интервью уже считается огромным успехом. На этом все, как правило, и заканчивается. По словам Виталия Осокина, в Штатах некоторые популярные направления трудоустройства выпускников МВА, такие как investment banking, вообще закрыты для иностранцев. Связано это с тем, что банки, получившие финансовую помощь правительства США, не имеют права брать на работу иностранцев (точнее, тех, кому требуется виза H1B). «Летом я буду проходить стажировку в одной из крупнейших нефтяных компаний в их офисе в Хьюстоне. Компания сделала предложение о летней стажировке всего двум студентам МВА, включая меня, при этом получила более 700 резюме студентов практически всех ведущих бизнес-школ США. Эти цифры наглядно демонстрируют уровень конкуренции», - рассуждает Виталий.

По рассказам Алексея Бочкарева, студента бизнес-школы Wharton, прозванной «Меккой финансистов», сейчас очень сложно найти даже место работы на лето. В предыдущие годы 80% студентов уже зимой имели по 3-5 вариантов для летней стажировки. В этом году цифра снизилась примерно до 20%, причем большинство студентов получили по одному предложению, которое и приняли. «Сейчас около 50% студентов не знают, что будут делать летом. Консалтинговые компании и банки существенно сократили наборы. Очень многие в США потеряли работу, поэтому рынок чрезвычайно конкурентный и во многих компаниях просто нечем заниматься (нет сделок, проектов). Люди с опытом работы в лучших инвестбанках до сих пор ищут летнюю практику, многие думают о бесплатных стажировках, но компании не берут даже на бесплатные позиции. Еще хуже студентам второго года, которые ищут постоянную работу. 50% из них не имеют предложений. Сейчас самое худшее время искать работу и лучшее время учиться за последние 60 лет», - считает Алексей Бочкарев.


Глазами менеджеров


ПАВЕЛ ХОХРЯКОВ, член советов директоров нескольких крупных компаний

Учиться в кризис на Западе - распространенное явление. Именно поэтому практически всегда в такие времена возрастает конкурс на MBA. Плюс в том, что «кризисные» выпуски часто бывают очень успешными: высокий конкурс повышает качество состава студентов. Таким образом, поступая сейчас в одну из ведущих бизнес-школ, вы повышаете шансы учиться вместе с будущими Биллами Гейтсами и Сергеями Бри-нами. Думаю, что не случайно конкурсы на российские MBA в кризис не растут. На Западе MBA - в большинстве своем очные программы, тогда как в России - вечерние и заочные, нередко спонсируемые работодателями. В кризис у контингента отечественного MBA становится меньше свободных средств для оплаты обучения, плюс работодатели резко сокращают затраты на образование. На Западе же в топ-школах есть как программы стипендий, так и возможность получить кредит сроком на 15 лет. Вот и вся разница.

Другой вопрос - нужно ли учиться в кризис? Считаю, что нужно. Но только если вы не топ-менеджер, спасающий свою компанию. Я, например, поступил на MBA в 2002 году, а время после кризиса 1998-го использовал для запуска новых международных банковских бизнесов, что значительно облегчило мое поступление в Стэнфорд.


Интересно, что кризис способствовал привлекательности британских бизнес-программ, традиционно сильных, но очень уж дорогих. «Раньше обучение и проживание в Англии по причине высокой стоимости фунта было для многих недоступным, - объясняет Стефан Шуберт. - Из-за кризиса национальная валюта заметно сдала свои позиции, и привлекательность нашего образования сильно возросла». Но и в Британии сейчас большие сложности с поиском работы. «Компании интервьюируют, но практически не нанимают. Новых вакансий пока мало, ждем поздней весны. Проблемы с поиском и постоянной работы, и летних стажировок, - рассказывает Лариса Чикишева, студентка London Business School, самой престижной британской школы. - Хуже всего дела, конечно, обстоят в банковском секторе и консалтинге».

 

ИГРЫ ПАТРИОТОВ


Отечественное бизнес-образование приверженцы западного варианта любят награждать снисходительными эпитетами. «Вчера приходил клиент, до недавнего времени он не знал, где будет учиться - на Западе или в России. Он рассказал, что позвонил в одну из ведущих отечественных школ, ему проговорили программу, посмотрели его резюме и в финале беседы пригласили читать у них лекции. На этом вопрос для клиента о целесообразности учебы на родине закрылся», - улыбается Виктория Пралич.

По определению Андрея Волкова, само наше бизнес-образование и по качеству, и по масштабу пока отстает от мирового уровня. Понимая это, многие люди не хотят тратить на него время. Но оно растет, ему уже 20 лет. И если раньше местные бизнес-школы походили на тренинговые компании, то сейчас ситуация начинает меняться. «Отечественное бизнес-образование должно вырасти минимум в 10 раз, - предрекает ректор «Сколково». - Потому что российской экономике нужно много людей, способных принимать серьезные самостоятельные управленческие решения. Конечно, когда маржа составляет 40%, незачем идти в бизнес-школу. Но сейчас время легких денег закончилось, и такого уже больше не будет. Поэтому нужно учиться». По словам Натальи Жаворонковой, с одной стороны, наше образование гораздо моложе, с другой, даже за последние пять лет его качество улучшилось существенно. Строже стала система государственной аккредитации. К тому же сейчас восемь программ MBA в России имеют международную аккредитацию, а еще три года назад их было четыре.

 

Глазами менеджеров


РУСТАМ ИСЕЕВ, президент ФГ «Файненшл Бридж»

В России менее, чем на Западе, развита как экономическая, так и социальная среда. Кризис выбил платежеспособный спрос, сведя все к базовым потребностям. Поскольку образование - это элемент надстройки, идущий следом за обеспечением безопасности и жизненных потребностей, то рынок образовательных программ сразу попал в долгосрочную яму.

Что касается меня самого, то я прекрасно понимаю, что второе образование мне рано или поздно понадобится. Поэтому это решение вписано в иную логику, чем просто «пересидеть» кризис в бизнес-школе. С академической точки зрения обучение в кризис имеет существенное отличие от обычной ситуации: кризисный фон обязывает бизнес-школу быть строже к себе, давать конкретные знания и навыки, суровую практику, которая работает. Иначе в школе не станут учиться. К тому же человек, вовлеченный в управление компанией, не отрывается от ситуации и во время обучения. Благо, технологии это позволяют. Кто ввязался в российское рыночное сражение, не может себе позволить бегство от действительности. Абрамович, сидя на матче «Челси», уверен, думает о Нижнем Тагиле и Новокузнецке. Если же ставить перед собой задачу убежать от кризиса на год-два, то тогда, наверное, нечего ехать в бизнес-школу, стоит отправиться в деревню.


Это показатель - местные школы стали объектом интереса и получили признание. Значит, программы соответствуют высокому международному уровню.

Ашот Сеферян убежден, что серьезной конкуренции между западными и российскими программами не существует в принципе. И поясняет: «Мы работаем на разные сегменты. Если человек ориентирован на работу в России, то для него важно получить консолидированный локальный бизнес-опыт, учиться на кейсах местных компаний. В России ярко выраженная специфика ведения бизнеса. И в ведущих отечественных школах существует четкая ориентация даже не на сугубо российский бизнес, а на бизнес стран СНГ». Эксперт концентрируется на еще одном важном моменте: если раньше российские школы искали партнеров за рубежом, то сейчас оттуда поступают предложения о сотрудничестве. К примеру, один из партнеров ИБДА

АНХ - Кембриджский университет. Взаимовыгодное сотрудничество продолжается уже полтора года. «Нужно понимать, что, уезжая на Запад, вы теряете связи здесь. Это имеет смысл, если стоит задача уехать за границу жить», - подытоживает Ашот Сеферян.

Две основные причины востребованности патриотического варианта видит Евгений Плужник. Во-первых, обучение в России значительно дешевле, чем за рубежом. Во-вторых, западные программы не адаптированы к российским реалиям. Получив образование, к примеру, в Европе, человек не будет хорошо ориентироваться в российском законодательстве, следовательно, не сможет принимать эффективные решения в рамках местного правового поля. И таких аспектов немало.

В конце прошлого года, по замечанию Натальи Жаворонковой, многие бизнес-школы старались привлечь внимание абитуриентов, сделав упор на то, что их программы содержат антикризисные меры, курсы и т. д.

 

Акцент

Определенный слой людей в кризис идет на длинные MBA-программы. Это состоявшиеся менеджеры с 5-6-летним управленческим опытом, которым нужен серьезный апгрейд знаний, структурная революция.


Как показала практика, ход себя не оправдал и повышению набора не способствовал. Люди поняли, что это сиюминутная риторика: большую качественную антикризисную программу нельзя создать за два месяца. Второй момент, который мог бы привлечь кандидатов, - скидки. Но, по данным участников рынка, школы не стремятся к снижению цен. Объяснение простое: демпинг вызовет серьезные сомнения в качестве продукта. И результат достигнут не будет.

 

Специально для банкиров


Международная школа бизнеса Финансовой академии при Правительстве Российской Федерации создана на научной базе Финакадемии, ее передового опыта в решении задач в области финансов и экономики. Основную долю наших программ занимают МВА-программы, рассчитанные на подготовку управленцев для разных областей промышленности, сферы услуг и финансового сектора, в том числе для банков.

Для ведущих специалистов банков, имеющих базовое финансово-экономическое образование, мы предлагаем программы МВА (Мастер делового администрирования) по специализациям: • Банковский менеджмент - совместную программу МВА Финансовой академии и Франкфуртской школы финансов и менеджмента/Университета (Германия), аккредитованную Фондом аккредитации программ международного бизнес-администрирования (FIBAA). ФШФМ - в прошлом банковская академия, и этим обоснован наш выбор партнера. Эта программа реализуется в модульной форме, на английском языке. При поступлении слушатели проходят вступительное и языковое тестирование. Основное внимание в данной программе уделяется передовым банковским технологиям на российском и зарубежном рынках. 9 из 11 блоков читаются немецкими преподавателями. В стоимость программы включена стажировка во Франкфурте-на-Майне, признанном банковском центре Европы. Слушатели программы посещают крупные европейские банки: Deka Bank, Commerzbank, Европейский центральный банк и Франкфуртскую фондовую биржу. • Международный банковский менеджмент- программа МВА (русскоязычная), редкая по своей специализации. Интеграция России в мировое сообщество, вступление в ВТО повлечет за собой не столько формальные требования со стороны международных органов, сколько повышение реальных запросов. Все это делает данную специализацию востребованной и долгожданной. Создавая эту программу, мы хотели, прежде всего, предусмотреть в ней все те дисциплины, без которых невозможно развитие банков. Это клиентоориентированный подход. Большой объем курсов по выбору, наличие среди преподавательского состава первых лиц российских и международных банков, иностранных специалистов высочайшего уровня делают эту программу уникальной.

Сегодня нашими преподавателями являются не только лучшие представители Финакадемии, но и бывшие выпускники, занимающие ведущие позиции в финансовых структурах.

 

Комментарии Фейсбук Вконтакте