ШКОЛА: Наследство хитрого шведа

Дата публикации

"В понедельник 13 марта 1967 г. Артур Келлер, 31 года от роду, выпускник бизнес-школы 1965 г. , во второй раз в жизни вошел в офис компании Hedblom в Боксхольме (Швеция). Его только что назначили управляющим директором этой компании". Так начинается первый кейс, над которым потеет каждый студент INSEAD в самом начале своего 10-месячного пути к МВА.

           

В Боксхольме Келлер особенно никому не был нужен. Просто австрийская компания Wientex, где он работал помощником президента, купила Hedblom у шведского фабриканта. Швед практически разорил этот семейный швейно-вязальный бизнес. Причем сделал все по-хитрому: сначала продал австрийцам, никогда до этого не занимавшимся производством одежды, 50% своей компании, а потом, оставшись у руля, выкачал из Hedblom все деньги. Пока он собирал картины, фирма постепенно приходила в запустение: коллекции не поставлялись в срок, магазины месяцами не платили, а поставщики сырья -  в первую очередь сама Wientex - не получали денег. Понимая, что произошло, но, видимо, стесняясь признать свою ошибку на совете директоров, президент Wientex поторопился выкупить у шведа оставшуюся половину акций. И отправил своего помощника чистить авгиевы конюшни.

 

Состояние Hedblom подробно и, на мой взгляд, довольно путано, с множеством лишних деталей, описано на 21 странице. Прилагаются, естественно, и финансовые показатели, но непонятно, насколько им можно доверять. Задача: сочинить от имени Келлера презентацию для совета директоров Wientex.

 

Сочинять надо в группе. В начале прошлой недели наш курс разделили на четыре потока по 75 человек, а каждый из них - на 15 групп. Наша пятерка - это француз, бывший главбух химической компании, израильтянин, до последнего времени продавец компьютерных систем, экс-служащая Citigroup из Португалии, австралийка - до переезда во Францию внутренний консультант издательской группы Fairfax, - и я, бывший редактор из Москвы.

 

Группы составляют в надежде, что люди подойдут друг другу как можно хуже. Что они будут грызться, дуться и жаловаться декану. Это официальная политика школы: нужно учиться взаимодействовать с абсолютно чуждыми тебе людьми. Впрочем, чтобы повысить вероятность конфликта, в группы иногда включают двух представителей одного бизнеса. Отсюда наше соседство с австралийкой. В Fairfax она, среди прочего, должна была изыскивать возможности для сокращения редакционных штатов. ..

 

Ну и еще школа старается, чтобы группы не состояли из четырех мужчин и одной женщины (пропорция на курсе - 78:22 в пользу мужчин, так что мне повезло - мог ведь попасть и в чисто мужскую компанию) , чтобы все члены пятерки были из разных стран (это легко - здесь 57 национальностей) и чтобы как минимум у одного в команде был родной английский.

 

Как мы обсуждали наш первый кейс в течение примерно пяти часов, я писать не буду, потому что, если я кого-то здесь обижу, он не сможет ответить мне тем же. Скажу только, что, когда нам раздали описание реальных действий самого Келлера, многое совпало. Например, чтобы ликвидировать кризис с наличностью, и мы, и он продали все запасы сырья и готовой продукции за треть балансовой стоимости. А вот маркетинговые стратегии разошлись: мы предлагали решительно переместить продукцию Hedblom в более дешевую нишу рынка и продавать ее не в бутиках, а в универмагах, Келлер же, хоть и запустил дешевую линию под другой маркой, сохранил и престижные коллекции, а еще начал торговать тканями. Самое поразительное, что в финансовой части нашего бизнес-плана, которую за полчаса набросал французский главбух, цифры практически совпали с реальными показателями Hedblom при Келлере...

 

Презентацию делать нам не пришлось - профессор выбрал три другие группы. Профессор был артист-англичанин (за плечами Кембридж, INSEAD, Гарвард) по имени Гарет Дайас. Выбирал он так: написал на доске числа от 1 до 15, встал к ним спиной и давай кидать через себя кусочки мела. В какое число попадет, той группе и идти. Презентаций было три. В двух случаях говорить за всех выпало юристам. Это понятно: они профессиональные говоруны и быстро реагируют на нештатные ситуации. Когда австралийского лоера стали донимать придирками к цифрам (о которых его группа не очень позаботилась, сосредоточившись на маркетинговой стратегии - Hedblom должна была ввести в моду белые мини-юбки) , адвокат с серьезным видом заявил: "Есть время еще для одного вопроса".

 

Его израильский коллега докладывал, вальяжно расхаживая по аудитории, будто это привычный для него зал арбитражного суда. За ним напряженно следили его товарищи по группе, бельгиец и швейцарец. Наконец стало ясно, к чему они клонили: израильтянин попросил у Wientex почти 4 млн шведских крон.

 

По словам Дайаса, самая нетипичная история с кейсом о Келлере приключилась несколько лет назад. В INSEAD приехал учиться специалист по закрытию компаний. Он успешно оставил без работы несколько тысяч человек, накопил денег и решил сменить род деятельности. Потому что устал - понятно от чего. Взяв в руки свой первый кейс, он понял: это судьба. Его группа весьма убедительно закрыла Hedblom.

 

Леонид Бершидский

vedomosti.ru

Комментарии Фейсбук Вконтакте