ШКОЛА: Интернет-панк из INSEAD

Дата публикации

Мика Салми - финн, но к своим 38 почти не жил в родной стране. Его родители работали в Finnair в Штатах. В 15 лет - в 80-м - Салми начал подрабатывать инструктором по виндсерфингу и торговать лыжами. Потом учился в Висконсинском университете по специальности "бизнес и финансы". По ходу дела программировал, диск-жокействовал, играл в панк-группах, а летом ездил работать в банк в Люксембурге. После университета попал на работу в Bankers Trust в Нью-Йорке (мечтал о музыкальном бизнесе, но никому там оказался не нужен). "В банке я не прижился, - говорит Салми. - Моя панковская социа

льная ориентация там была не к месту".

 

В свободное от банкинга время Мика крутил винилы на вечеринках. На одной из них его приметил юрист из какой-то компании звукозаписи - он и устроил диджея-финансиста работать на маленький рекорд-лейбл TVT впаривать диски малоизвестных групп гигантским музыкальным магазинам вроде Tower Records да поддерживать компьютерную базу данных. Как-то Салми попал на концерт никому не известной тогда группы Nine-Inch Nails (теперь-то их знают все, кто вообще что-то знает) и так к ней проникся, что стал уговаривать начальство в TVT подписать с группой контракт. Но начальство отказ

ало, и обиженный Салми уехал в Сиэтл торговать коммерческой недвижимостью и тренировать местную лыжную команду (откуда это-то взялось? А научился по ходу дела). Там он продал небольшой торговый центр за $10,5 млн и, как сам утверждает, организовал первый в городе рейв. Потому что уже начались 90-е.

 

10-й, 20-й и 30-й рейвы в Сиэтле устраивал уже не Мика, потому что он в 92-м оказался в INSEAD. "В первом периоде я был очень серьезный - думал о финансах, консалтинге, - рассказывает этот мученик раздвоения личности. - Но потом сходил на несколько презентаций и понял, что у меня скулы сводит". Все изменил курс маркетинга - курсовой проект был про то, как рекорд-компании EMI позиционироваться в Польше. Вопрос поставил выпускник INSEAD, который возглавлял EMI в Восточной Европе. Здесь так принято - для некоторых курсов можно помогать выпускникам в каких-нибудь их предприятиях.

 

В EMI Салми понравился. Свежеиспеченного МВА взяли на работу внутренним консультантом. Потом бывший сиэтлский диджей работал в Sony Music (для этой компании он заключил контракт с группой Presidents of the USA. Опять же кто не слышал - сам виноват). Дальше была компания Real Networks, снова в Сиэтле (знаете Real Player, с помощью которого можно слушать в Сети радио и просто музыку, не скачивая огромных файлов? ). Салми отвечал за развитие бизнеса: это он выводил на рынок Real Video - если смотрели в Интернете видеоклипы, пользовались, наверное. И наконец, свой бизнес - компания Atom Films, которая начала распространять через Сеть всякое короткометражное кино и, как все "доткомы", надеялась заработать денег на рекламе.

 

Я узнал о Салми, потому что подписался на курс под названием "Бизнес-возможности и модели", один из полудюжины педагогических продуктов, созданных на кафедре предпринимательства INSEAD. Профессор Фил Андерсон приглашает на занятия выпускников школы, которые создали свой бизнес или работают в венчурных фондах. Кроме Салми таких гостей за два месяца было у нас 10. Я стал понимать, что история странного финна не столь уж нетипична для МВА, по крайней мере для здешнего. Все, кого зазвал на уроки Андерсон, - люди отчаянные, немного безбашенные, хотя большинство из них панк-рок все же никогда не играли.

 

Андерсон объясняет, чего венчурные капиталисты ждут от бизнес-планов, пытается заставить нас думать о максимально разнообразных источниках дохода, придирается к курсовым, которые представляют собой описание той или иной бизнес-возможности - от создания нишевой фирмы, торгующей кремами для лица, до запуска новостной радиостанции. Но суть курса в том, чтобы заставить нас искать возможности там, где все прочие сдались. В этом смысле история Салми поучительна. Потому что, хотя в 1997-м в его фирму вложились венчурные капиталисты, а в 1999-м ее покупкой начал

и интересоваться гиганты индустрии развлечений, уже в начале 2000-го случилась первая коррекция NASDAQ, предвещавшая конец интернет-пузыря. И Салми, и его инвесторы обнаружили, что у фирмы нет денег - одни хосты да хиты. Чтобы компания не погибла, ее объединили с другой задыхающейся фирмой - Shockwave. Про нее вы, возможно, тоже слышали: она создала и распространила по всей Сети технологию, позволяющую демонстрировать анимацию.

 

Развеселым временам пришел конец. В двух компаниях работали 260 человек - теперь в объединенной лишь чуть больше 40. Зато месяц назад гендиректор Салми впервые гордо стоял перед советом директоров - компания показала-таки операционную прибыль. Меньше половины доходов поступает нынче от рекламы - этот рынок сдулся, потому что рекламировались в основном те же "доткомы", так и и не сумевшие за свою недолгую историю ничего продать. Зато AtomShockwave вполне успешно торгует онлайновыми играми - посетителей на ее сайтах бывает по 1 млн в день, кто-нибудь да и купит иг

рушку ли, месячную ли подписку. Хотя основная масса играет, конечно, бесплатно. Я вот, например, ничего Салми не заплатил. И короткометражные фильмы продавать тоже не получается - ничего в них особенного нет. Но компания выжила на усеянном трупами поле, и Салми этим гордится. Он уверен, что все получится. На мой взгляд, он все-таки сумасшедший. Жаль, однако, что это не заразно.

 

Леонид Бершидский

vedomosti.ru

Комментарии Фейсбук Вконтакте