Поступить на МВА может каждый. Интервью с Вячеславом Давиденко, основателем компании MBA Consult

Дата публикации

Вячеслав Давиденко – основатель компании MBA Consult, единственной в России, которая оказывает комплексную помощь при поступлении в западные бизнес-школы. Мы решили обсудить с ним различные аспекты подготовки к получению степени МВА (Master of Business Administration).

– Вячеслав, как вы решили заняться консалтингом в такой специфической области?

– Университетской подготовкой бизнесменов и менеджеров (MBA) я заинтересовался впервые почти восемь лет назад. К 1996 году этот интерес перерос в твердую уверенность, что степень МВА нужна мне самому. В течение двух лет я пытался совмещать подготовку к поступлению на программу с работой, но скоро понял, что это невозможно. Тогда я уволился, накупил книжек, стал заниматься и в какой-то момент обнаружил, что нет никого, кто мог бы помочь мне ответить на возникающие вопросы. Я поучился на курсах за рубежом, посетил кампусы нескольких школ, встретился с директорами их приемных комиссий, съездил на несколько MBA Fair, проводимых на Западе. И в один прекрасный день я подумал: почему бы не обратить мой опыт на пользу другим поступающим? Так возникла компания.

– Но вы-то в итоге поступили на МВА?

– Да, я был принят в несколько очень хороших американских школ, в том числе в Darden, Texas, Emory. Но к этому моменту мне было уже за тридцать и у меня был работающий бизнес, который не хотелось терять. В результате я поступил на программу Executive МВА Chicago GSB, где и учусь в настоящее время.

– Ваша компания многим помогла поступить?

– В зарубежные бизнес-школы из списка Top 25 мы обеспечили уже более 100 поступлений наших клиентов, причем большинству из них прислали приглашение 2-3 школы сразу. По моим оценкам, за последние два года мы обеспечили не менее 20% всех поступлений в западные бизнес-школы этого уровня из России.

– По-вашему, какой человек может поступить в хорошую западную бизнес-школу?

– Абсолютно любой. И опыт работы здесь ни при чем: шансы целеустремленного кандидата с «плохим» опытом работы не меньше, чем кандидата с «идеальным» опытом, но менее настойчивого. Дело только в силе воле и времени на подготовку. Это все равно что отжаться двадцать раз – сегодня вы этого не можете, но стоит годик ежедневно поупражняться, и вы отожметесь все тридцать.

– Но ведь есть возрастные ограничения?

– После тридцати шансы на поступление уменьшаются, образно говоря, год идет за два. Но, например, в этом году один наш клиент в возрасте 39 лет (!) поступил на МВА в школу из Top 10. Хотите пример другого рода? В школу из этого же списка поступила и 22-летняя девушка, что, откровенно говоря, случается достаточно редко.

– Бытует мнение, что гуманитариям поступление дается значительно труднее...

– Понимаете, технический склад ума в бизнесе в целом более востребован. Люди с этим типом мышления и по службе продвигаются быстрее. Технарям даже с плохим английским значительно проще сдать GMAT (я после своего МИФИ сдал его на 690 баллов с первого раза). Зато гуманитарии часто лучше знают английский.

– Кстати, а какой самый лучший результат по GMAT, который показали наши соотечественники?

– Мы полагаем, что до сих пор рекорд удерживает наш бывший клиент Игорь Сергеев, который набрал 790 баллов.

– Много ли среди ваших клиентов женщин?

– Они составляют в среднем только 25% нашей клиентуры (хотя в этом году по непонятной мне причине этот показатель вырос), зато большинство из них добиваются своего. 90% поступают в бизнес-школы США, кстати, я им это рекомендую, потому что все американские школы заинтересованы в том, чтобы увеличить пропорцию студенток. Следовательно, шансы попасть туда выше.

– Куда, по-вашему, поступить легче – в бизнес-школы Америки или Европы?

– Полагаю, в американские школы. Судите сами: в лучшие американские и европейские школы из России подают документы примерно одинаковое число претендентов, только если в Европе к лучшим можно причислить 5-6 школ, то в США – 20-25. Соответственно, если каждая примет несколько человек, получается гораздо большее количество мест.

– Есть ли еще какие-то тонкости, о которых стоит знать?

– Надо сказать, что в целом сегодняшний претендент гораздо лучше информирован, чем раньше. Тем не менее, к примеру, мало кто знает, что уже более 10 ведущих школ выдают иностранным студентам кредиты на обучение. Многие недооценивают сложность самого процесса поступления, не учитывают особенности западной психологии. Именно знание этих нюансов и позволяет нашим клиентам добиваться успеха.

– Сколько времени, по вашему опыту, нужно потратить на процесс поступления?

– Порядка 700-750 часов. Из них 100-150 часов – на TOEFL, 150-200 – на GMAT, около 30-50 – на написание эссе для каждой из школ, в которые подаются документы.

– Но если, по вашим собственным словам, поступить может каждый, имея Интернет и учебники, в чем тогда состоит ваша роль?

– И машину можно научиться водить самому, но многие почему-то обращаются к инструкторам. Да, в языковых школах есть курсы по подготовке к TOEFL, но там не объяснят тонкостей, связанных с процессом поступления в бизнес-школу. А его надо рассматривать как очень большой проект, в котором важно качественно выполнить все составляющие. Одна-единственная ошибка при написании эссе или заполнении документов может свести на нет поистине титанические усилия. Так что около трети наших клиентов – это те, кто не сумел поступить на МВА самостоятельно.
К тому же мы здорово экономим время. Не случайно, наверное, подавляющее большинство наших клиентов – люди, чрезвычайно занятые работой и предпочитающие, чтобы каждый занимался своим делом, а потому готовые платить за нашу профессиональную помощь.

– Насколько мне известно, вы оказываете своим клиентам помощь в написании эссе. Этично ли это с точки зрения приемных комиссий?

– Сложный вопрос. Начну с того, что мы никогда не пишем эссе вместо клиентов. Мы делаем это вместе. Мы учим их, даем им образцы, разбираем с ними ошибки, заставляем переписывать текст. Если кому-то кажется, что это не совсем корректно, могу сообщить: в тех же Соединенных Штатах такой деятельностью занимаются уже десятки фирм. Более того, подобные услуги абсолютно открыто рекламируются и оказываются такими «монстрами», как The Princeton Review и Kaplan.

– Как по-вашему, дает ли получение степени МВА какие-либо гарантии в плане карьеры?

– Это можно сравнить с переездом провинциала в Москву. Сам по себе такой шаг не дает никаких гарантий, более того, в первое время приходится очень несладко. Зато какие перспективы открываются...

– Что же конкретно дает обучение?

– Оно просто приводит в порядок голову. Вы могли знать все это и раньше, но не пользовались своими знаниями, не понимая их ценности. Отдельный момент – связи. Например, среди моих однокурсников есть руководитель одной французской компании, выпускающей модную одежду. Оборот у нее $400 млн в год, а в России она до сих пор не представлена. Я могу за ужином договориться о том, чтобы стать его эксклюзивным представителем в России.

– Влияют ли наметившиеся трудности с трудоустройством выпускников МВА на планы тех, кто только планирует получить эту степень?

– Вопреки моим ожиданиям этого не происходит. Я объясняю это так: представьте себе, что вы сидите в болоте по шею в грязи, а вокруг вас потрясающий оазис, повсюду фрукты и волшебной красоты женщины. Даже если половина фруктов сгниет, а женщины уйдут, вам все равно не расхочется выбираться.

– Правда ли, что вы планируете открыть бизнес-школу?

– Да, такие планы есть, но это случится еще нескоро. По моим оценкам, даже в самом благоприятном варианте такой проект займет 2-3 года, но не исключено, что и растянется на 3-5 лет. Но ведь и ребенка выносить за три месяца тоже нельзя! Я считаю, что нужно создавать либо лучшую школу, либо не создавать никакой.

Комментарии Фейсбук Вконтакте