Интервью с председателем приемной комиссии и исполнительным директором службы финансовой помощи бизнес-школы Колумбийского университет

Дата публикации

Linda Meehan - заместитель декана, председатель приемной комиссии и исполнительный директор службы финансовой помощи бизнес-школы Columbia. Г-жа Миган пришла в Колумбийский университет в 1989 году, а свои текущие должности занимает с 1994 года. Высшее образование она получила в Университете г. Питтсбурга по трем основным курсам - биологии, образованию и изящным искусствам. Ниже приводятся фрагменты ее интервью.

 

Вопрос: Число заявлений на поступление, поданных в Колумбийский университет за так называемый "ранний срок" (с 15 августа по 15 октября), увеличилось на 72%. Однако, в Колумбийский университет можно поступать круглый год, так что эти цифры постоянно меняются. Каков прирост числа заявлений на данный момент?

 

Ответ: Прирост значительно превышает 50%.

 

В: Повиляют ли эти обстоятельства на то, каких студентов вы будете принимать, и если да, то как?

 

О: Сейчас трудно дать однозначный ответ. Следующий этап приема завершается в январе, до этого же срока должны подать заявления все, кто рассчитывает получать у нас стипендию. К 1 марта - это крайний срок приема заявлений от иностранцев - мы будем лучше представлять, кто поступает к нам в этом году. Ну и самый последний срок - это 20 апреля. Если и к этой дате у нас все еще будет на 50% заявлений больше, чем в прошлом году, то мы, конечно, будем выбирать наших студентов тщательнее, чем обычно.

 

В: С другой стороны, число поступающих на курсы MBA упало с 6200 в 2000 году до 5200 в 2001 году. С чем это связано?

 

О: Скажу вам, что большинство школ-наших конкурентов пережили примерно такое же падение числа желающих. Все это тесно связано с состоянием экономики, с тем, насколько она сильна.

 

В: Как вы смотрите на заявителей, идущих к вам из разорившихся компаний?

 

О: Мы смотрим прежде всего на их опыт. Те молодые люди, которые не боятся рисковать, зачастую в конечном счете достигают успеха. Поэтому мы не смотрим на тех, кто пришел к нам из разорившихся компаний, как на неудачников. Мы оцениваем их способности по их опыту, по умениям, по тому, чему они выучились - и смотрим на то, как весь их прошлый опыт укладывается в то направление, которое они выбирают себе сейчас.

 

В: В какой период года в Колумбийский университет на программу MBA поступает наибольшее число людей?

 

О: Мы, знаете ли, не подсчитываем проценты по месяцам. У нас - круглогодичный прием, поэтому мы стараемся, чтобы люди шли к нам круглый год. Мы так делали всегда, и не думаю, что мы изменим этому нашему принципу в будущем.

 

В: В других приемных комиссиях мне говорили, что планируют принимать большее количество иностранцев в "ранние сроки", чтобы тем было удобнее получать визы на въезд в США - а мы знаем, что в этом году это будет непросто. Колумбийский университет намерен поступать так же?

 

О: Да, с иностранными студентами сейчас все гораздо сложнее, чем 10 лет назад. Все поступающие хорошо понимают, что чем раньше они подадут заявления, тем лучше. У меня нет точных цифр, но мне кажется, что в самом деле в "ранние сроки" пришло гораздо больше заявлений от иностранцев, чем обычно.

 

Повторю, у нас - круглогодичный прием, и поэтому мы всегда понимали, что иностранцев лучше принимать пораньше, чтобы у них не было проблем с визами. В этом смысле ситуация не слишком принципиально отличается от того, что мы имели в прошлом.

 

В: На первом курсе MBA этого года у вас 26% иностранцев. Это меньше, чем в прошлые года.

 

О: Это, знаете, получается само собой. Мы, конечно, стараемся, чтобы наши наборы были, так сказать, "гетерогенными". Но при этом мы вовсе не намерены работать с иностранными заявителями как-то иначе, нежели с гражданами США.

 

В: Еще немного статистики - женщин в Колумбийской школе гораздо больше, чем в среднем по аналогичным школам, т.е. 36%, и еще 10% ваших учеников - представители различных меньшинств. Надо ли понимать, что у Колумбийского университета в этой сфере какая-то особая стратегия набора?

 

О: Люди стремятся туда, где хорошо поставлены общественные связи, университетская жизнь. В этом аспекте у нас все устроено как нельзя лучше. Лидеры в среде наших студентов часто оказываются женщинами и представителями меньшинств - потому, вероятно, что мы зеркало этого уникального города [Нью-Йорка], где имеем счастье располагаться. По этой причине люди и идут в Колумбийский университет.

 

В: В январе в Колумбийский университет на сокращенную программу MBA поступают 195 студентов, и еще 485 человек поступают в сентябре. Получается, что из примерно 5200 заявителей (данные прошлой осени) вы приняли 13%. Что было такого особенного в людях, которые вошли в эти 13%?

 

О: Мы хотим видеть у себя людей с разнообразным опытом, с разнообразной личной историей. Мы хотим видеть у себя сильных лидеров, людей, которые не хотят сидеть, сложа руки. У наших студентов всегда есть какая-то страсть, будь они балетные танцовщики или бегуны-марафонцы или создатели благотворительных фондов. Такие люди могут взять от нас максимум.

 

В: Как в Колумбийском университете определяют, есть в характере заявителя такие черты или нет? Как это понять по заявлению?

 

О: Поступающие имеют возможность рассказать о себе и своих достижениях во вступительном сочинении. Именно поэтому очень важно точно отвечать на поставленные нами вопросы, а не писать сочинение как придется.

 

О личных достоинствах и потенциале поступающих мы узнаем и по рекомендациям. Исключительно важно, чтобы поступающие получали рекомендации о тех, кто их хорошо знает и кто с ними работал, а не просто от кого-то, кто, как им кажется, может произвести на нас впечатление. Мы хотим знать, что за человек к нам идет, что у него за душой, каков его лидерский потенциал.

 

В: Обычно люди пытаются поступить в несколько бизнес-школ сразу. Вы как-то обеспокоены тем, что вам приходится иметь дело с рекомендациями, которые, возможно, были посланы еще в шесть других школ?

 

О: Никоим образом. Если в такой общей рекомендации содержится нужная нам информация, то все в порядке.

 

В: Если рекомендация написана вашим бывшим выпускником, помогает ли это поступающему?

 

О: Главное требование к рекомендателю одно - он должен хорошо знать поступающего. Если этот рекомендатель - еще и наш выпускник, это отлично. Такие люди лучше понимают, чему на самом деле учат у нас в школе, им лучше судить, насколько тот или иной поступающий впишется в наше сообщество, как он сумеет принести ему пользу. Но если наш бывший студент не имел опыта совместной работы с поступающим, то его рекомендация не окажет решающего воздействия на нас.

 

В: Не у всех поступающих в бизнес-школы баллы GMAT выше среднего. Какое значение Колумбия придает баллам GMAT?

 

О: Поскольку наш 80% разброс по GMAT [диапазон, рассчитываемый следующим образом - поступившие ранжируются по баллам, затем отсекаются лучшие и худшие 10%] находится на весьма высоком уровне - от 660 до 750 - многие люди, у которых низкие баллы GMAT, полагают, что им не стоит даже пытаться поступить к нам. Я воспользуюсь случаем обратиться к ним и еще раз подчеркнуть: мы не смотрим на один только GMAT, мы смотрим на картину в целом. Мы брали людей с баллом GMAT, едва превышавшим 500. При этом, конечно, мы брали и тех, у кого этот балл зашкаливал за 800.

 

В: Как еще вы оцениваете академическую успеваемость поступающих?

 

О: В полном объеме - мы учитываем и успеваемость в университете, и учебные курсы, прослушанные поступающим, и собственно университет, где он получал высшее образование.

 

В ряде школ есть специальности, в которых очень трудно преуспеть - нужно приложить очень много времени и усилий. Если мы возьмем, к примеру, инженера-электронщика со средним баллом 3,2 и специалиста в области свободных искусств со средним баллом 3,4, то первого я поставлю выше - дело тут в том, что первый, получая свою специальность, преодолел больше трудностей, больше приложил труда и столкнулся с более высоким уровнем конкуренции.

 

В: Но как же, в таком случае, специалисту в области свободных искусств доказать, что он чего-то стоит?

 

О: Важно, чтобы человек - неважно, какое у него образование, в каком университете он учился, по какой программе - мог показать, что он попытался достичь максимума в той ситуации, в которой он был, что он сделал попытку взять максимум от своего образования. Важно также, чтобы эта его попытка оказалась успешной. Если же это не так, то и здесь еще не стоит отчаиваться - мы обязательно постараемся понять, почему и в каких условиях его попытка оказалась не столь удачной, сколь могла бы быть; ведь такой человек мог, например, оказаться в ситуации, когда ему нужно было кормить семью и т.д., возможно, такому человеку пришлось, в студенческие годы, устроиться на работу с полным рабочим днем и т.п.

 

В этой ситуации мы более внимательно посмотрим на балл GMAT. Чтобы мы приняли во внимания такие привходящие обстоятельства, балл GMAT должен быть все же несколько выше, чем обычно - если это так, то комиссия вполне может решить, что такой человек преуспеет в нашей программе.

 

В: Могут ли хорошие оценки по курсам, прослушанным после окончания университета, помочь поступающему?

 

О: Поступающие обычно считают, что если они после окончания прослушают курсы, скажем, по статистике или по бухучету, это окажет положительное влияние на рассмотрение их заявления - в том случае, если их университетские оценки не слишком хороши. Я скажу так - на такие курсы нужно идти, только если вам в самом деле этого хочется или если вы думаете, что полученные там знания помогут вам лучше чувствовать себя в конкурентной среде. Обычно мы смотрим только на университетские оценки и на GMAT, но если по этим категориям поступающий находится, так сказать, на грани

 поступления, то мы рассмотрим и эти дополнительные курсы - и хорошие оценки по ним, естественно, окажут свое положительное влияние. При этом, все же, нужно понимать, что одно дело изучать, допустим, бухгалтерию в качестве продолжения образования на специальных курсах, и совсем другое - изучать ее же в рамках полноценного университетского образования.

 

В: Собеседование - необязательная стадия при поступлении в Колумбийский университет, на него специально приглашают. Из поступивших собеседование проходят около 86%.  Что приемная комиссия хочет узнать на собеседовании?

 

О: На собеседовании можно сделать очень многое. Прежде всего - можно прояснить вопросы, не полностью разобранные поступающим в его заявлении.

 

Тот, кто проводит собеседование, будет следить и за тем, как поступающий ведет себя. Профессионально ли? Ясно ли и четко он выражает свои мысли? Если английский для него неродной, то как хорошо он на нем говорит? Мы также пытаемся лучше понять цели поступающего, часто на собеседовании становится ясно, чего именно и в какой области хочет добиться поступающий, и эта информация весьма полезна для комиссии.

 

На собеседовании мы оцениваем человека так, как будто думаем взять его на работу. Вот перед вами некто - вы возьмете его к себе на фирму? Вы хотели бы ходить с этим человеком в одну школу, дружить с ним, учиться с ним в одном классе? Практически все собеседования проводят наши бывшие выпускники или студенты из общества "Гермес" - это отборные студенты, они проходят специальный тренинг в приемной комиссии.

 

В: Другой ценный источник сведений о поступающем - сочинения, которых при поступлении в Колумбийскую бизнес-школу требуется написать пять. Среди освещаемых тем есть одна особенно интересная - поступающий должен рассказать о каком-либо периоде своей жизни, когда он был собой недоволен. Как правильно ответить на такой вопрос?

 

О: Мы и не хотим, чтобы на этот вопрос давали "правильный" ответ. Собственно, мы и оцениваем то, как человек подходит к ответу на него, это очень много говорит нам о поступающем. Если единственное, о чем человек может нам рассказать, это что его когда-то не выбрали капитаном сборной школы по футболу, то здесь явно речь идет об инфантилизме, ведь большинству из нас, к тому времени, когда мы решаемся подать заявление в бизнес-школу, уже довелось пережить неудачи посильнее этой.

 

В: В самом длинном сочинении поступающий должен ответить на вопрос, каковы его средне- и долгосрочные карьерные планы и как учеба в Колумбийском университете поможет ему их достигнуть. Как вы определяете - подходит вам человек с тем или иным карьерным планом или нет?

 

О: Главный вопрос, есть ли у поступающего четкое представление о том, чему у нас учат и как он сможет впоследствии применить полученные знания. Какие навыки и умения есть у поступающего, и как он может их применить, учась у нас в школе и работая после нее. Мы хотим понять, как устроен у поступающего мыслительный процесс.

 

В: Что делать человеку, если вы поставили его на лист ожидания?

 

О: На самом деле, нахождение на листе ожидания - большое преимущество. Помещая человека на лист ожидания, мы хотим дать ему шанс пообщаться с нами. В рамках листа ожидания комиссия может получить информацию, которую она не смогла извлечь из заявления и на собеседовании.

 

При этом отмечу ряд вещей. Прежде всего, общение происходит не со мной и не с деканом, а с начальником листа ожидания. Нужно регулярно напоминать о себе, но не так, чтобы стол начальника ломился от ваших писем - надо понимать, что, во-первых, у начальника листа ожидания есть и другие обязанности, во-вторых, вы не единственный человек, стоящий на этом листе. Ведите себя подобающие, спокойно.

 

В: А может, стоит просто придти к вам в офис и лично представить свое дело?

 

О: Лучше все-таки назначить встречу. Если вы придете, не назначив встречу, то может, вам повезет и вы попадете на прием к нужному человеку, а может, вы просто потеряете время.

 

В: Как вы относитесь к поступающим во второй и так далее разы?

 

О: Человек, пришедший к нам повторно, рассматривается нами в весьма положительном свете - ведь ясно, что это человек, в нас заинтересованный. Мы понимаем, что он, вероятно, заинтересован заодно и в паре других школ, и однако же из одного того факта, что он выбрал время и пришел к нам, ясно, что он достаточно заинтересован и в нас. Я могут дать такой совет поступающим повторно: выполните свое домашнее задание. Если вы стояли на листе ожидания, скорее всего вы получили от нас рекомендации, что вам сделать, чтобы удовлетворять нашим требованиям - в этом случае просто сделайте то, что мы вам сказали. Если вам не удалось получить от нас какой-либо ответ, просмотрите личные дела тех, кого мы приняли, сравните ваше заявление с заявлениями поступивших - возможно, в вашем заявлении чего-то не хватает и т.п.

 

В: В чем отличие между людьми, которых принимают на январскую программу (Колумбийский университет поддерживает ее уже 27 лет) и которых принимают на сентябрьскую?

 

О: Класс, который мы набираем в январе, состоит из людей, которые не собираются резко менять свою карьеру. Эта программа предназначена для тех, кто, по ее завершении, вернется в ту же компанию или сферу бизнеса, из которой он к нам попал. Это также программа для предпринимателей - людей, которые думают начать свое дело или продолжить начатое, так что им не нужны стажировки на предприятиях. Обычно также у этих людей больше реального опыта работы, чем у сентябрьских. Учебные программы в обоих случаях идентичны - четыре полных семестра, разница только в том, что у

январских нет стажировок.

 

В: Что такого есть в Колумбийской бизнес-школе, чего нет ни в какой другой?

 

О: Нью-Йорк - и статус одной из самых престижных бизнес-школ в мире, а также знаменитый  исследовательский центр. Наш студент сможет воспользоваться тем, что в городе живет огромное количество специалистов, работающих в самых блестящих компаниях - ведь все эти люди у нас преподают. Рынок труда сейчас не в лучшем состоянии, на работу берут вяло - но и здесь у наших студентов есть преимущество, ведь всего за полтора доллара они за 20 минут могут оказаться в деловой части Нью-Йорка, где они могут встретиться и пообщаться с нашими выпускниками и выпускниками других школ. Для этого им не нужно прогуливать уроки, не нужно далеко ездить, не нужно ждать, пока кто-то приедет в кампус.

 

В: Чего ожидать студентам вашего нынешнего первого курса на рынке труда через два года?

 

О: Мы все время советуем им общаться с нашими выпускниками и студентами - так они смогут выяснить, с чем им приходится сталкиваться и как наша школа и ее расположение помогает им. Мы не говорим, что у нас есть ответы на все вопросы - у нас их нет, мы не знаем, что будет с рынком. Но мы точно знаем, что даже если они просто будут здесь находиться, то у них будет возможность найти себе самую блестящую работу.

 

В: На что жалуются ваши студенты?

 

О: На то, чего мало - а мало у нас свободного места. Господа, это все-таки Нью-Йорк! Сейчас стало полегче - мы отреставрировали Uris Hall и построили новое здание, в котором вместе с нами разместился юридический факультет. Места все равно не хватает - но взамен наши студенты получают уникальные возможности. Да, у нас нет лишних 150 акров, но от нас всего два шага до самого сердца мирового бизнеса.

 

Еще есть квартирный вопрос. Те, кому удается получить общежитие, просто счастливы, а не столь удачливым приходится иногда подолгу искать жилье. Иные го

Комментарии Фейсбук Вконтакте