Расширяя границы

Дата публикации

Indian School of Business в Хайдерабаде (Hyderabad) открылась еще в 2001 году, зачислив 128 студентов. Через шесть лет уже 423 студента обучались в ней по годичной магистерской программе. За несколько лет школа стала пользоваться большим успехом у азиатских клиентов; число желающих обучаться в ней, судя по количеству присланных результатов вступительных тестов, уступает лишь числу тех, кто стремится попасть в Harvard Business School (HBS). В этом году выпускники хайдерабадской школы были приглашены на работу такими компаниями, как McKinsey & Co, Infosys Technologies и Deutsche Bank.

Подобно многим товарам и услугам, изначально произведенным в Америке, MBA находится перед лицом конкуренции со стороны более дешевых и коротких образовательных программ. Годичная программа Indian School of Business стоит $40 тыс., тогда как двухгодичная гарвардская – $79 тыс. Но упущенная прибыль (имеется в виду заработная плата) студентов, обучающихся по более короткой индийской программе, ниже, чем у студентов HBS, которые теряют два года карьеры.

По данным Graduate Management Admissions Council, который руководит тестом GMAT, необходимым для приема в бизнес-школы, 81% от 3710 новых образовательных программ в области менеджмента, которые появились по всему миру за последние десять лет, были запущены за пределами США. Особенно остро вопрос конкуренции стоит для старейших школ Америки, например для Wharton School of Business при Университете Пенсильвании (University of Pennsylvania), которая занимает пятое место в рейтинге бизнес-школ США. По числу иностранных студентов она отстает от многих своих американских конкурентов, которые сотрудничают с зарубежными школами либо имеют филиалы в других странах. Неудивительно, что Томас Робертсон (Thomas S. Robertson), назначенный деканом Wharton в июле, заявил, что целью школы должно стать "глобальное присутствие".

Эксперт в области маркетинговых стратегий и конкурентного поведения Northwestern University доктор Робертсон с 1971 по 1994 г. работал преподавателем и возглавлял отдел маркетинга в Wharton School of Business. После этого он разрабатывал международные программы для Emory University (в котором он также был деканом Goizueta Business School) и London School of Business (LBS). Уроженец Шотландии, он с 12 лет живет в Америке и является обладателем двух паспортов – США и Европейского союза.

Для школы Wharton, получившей в прошлом году 6200 заявлений о приеме (второе место после HBS с его 6700 заявлениями), глобализм – вовсе не чуждое явление. Около 40% ее студентов приезжают учиться из-за рубежа. В группе, набранной на 2008 год, есть выходцы из 70 стран. Wharton содействовала созданию школ в Сингапуре, Индии, Таиланде. Она также проводит программу студенческого обмена с французской бизнес-школой INSEAD, занимающей второе место среди зарубежных школ с годичной программой обучения. INSEAD – единственная школа MBA, обладающая двумя полноценными отделениями на двух континентах: в Фонтенбло (Fontainebleau) и Сингапуре.

Однако столь востребованные иностранные студенты имеют широкий выбор. Например, 26-летний Билал Хан (Bilal Khan). В мае этого года он проходит двухгодичный курс МВА в Wharton параллельно с магистерской программой Penn's School of Arts & Sciences. Хан родился в Пакистане, среднее образование получал в Саудовской Аравии, Швейцарии и Флориде. Он говорит на урду, арабском, французском и английском. По летней программе Wharton он провел месяц в Египте и две недели в Дубае, где посещал встречи с представителями правительства и частных компаний, в числе которых был и Фарук аль-Окдах (Farouk al-Okdah), выпускник Wharton School of Business и глава Центрального банка Египта.

Хану предложили летнюю стажировку в частной компании. Он всерьез задумался о том, чтобы остаться в Дубае и покинуть Wharton. "В США легко оказаться в изоляции, – говорит он. – Даже с моими семейными связями я не знал, каких высот достигло развитие в Дубае". Однако он все же решил остаться в Wharton на 2009 год.

Если другой кандидат-"космополит" будет искать бизнес-школу "на стороне", причина, скорее всего, будет в том, что быстрее всего экономика развивается не в штате Филадельфия (Philadelphia), где находится кампус Wharton School of Business, а в Бразилии, России, Индии, Китае, а также на Ближнем Востоке. Международные компании, которые устремляются в эти регионы, предпочитают нанимать выпускников, проучившихся 12-18 месяцев, а не два года, как в США.

В сентябре этого года London Business School приглашает первую группу из 75 человек на совместный дубайско-британский курс МВА. Студенты – граждане 27 стран. 16-месячная программа стоит $80 тыс. "На сегодняшний день в Дубае отсутствует бизнес-программа мирового уровня. Мы сделали первый и успешный шаг", – говорит заместитель декана Зегер Дегрэйв (Zeger Degraeve).

К примеру, Chicago Graduate School of Business имеет филиалы в Лондоне и Сингапуре, которые ежегодно принимают 180 студентов. Обучение в них длится 21 месяц и стоит около $120 тыс. Бизнес-школа Chicago рассматривает возможность отправки студентов в эти филиалы на обучение. "Мы считаем, что растет потребность в лидерах, способных работать в самых разных условиях", – говорит глава бизнес-школы Эдвард Шнайдер (Edward Snyder).

Еще одна возможность работать в глобальных масштабах – совместные программы. Columbia Business School и London Business School разработали 20-месячную программу для менеджеров среднего и высшего звена, обучение которых оплачивается компанией-работодателем (стоимость – $126 тыс.). Студенты будут ездить на занятия то в Нью-Йорк, то в Лондон.

"Выпускники МВА – это наш "двигатель прогресса", – говорит Дипак Джайн (Dipak Jain), декан Kellogg School of Management, реализующей четыре совместные программы с зарубежными университетами. – Если программа им понравилась, то они будут посылать к нам сотрудников и нанимать наших студентов".

Что касается Робертсона, декана школы Wharton, то он планирует начать с "очагов присутствия" на зарубежных рынках бизнес-образования. "Пока мы не готовы строить кампусы и предлагать степени, но мы можем повесить нашу рекламу в Мумбае, Дубае или Шанхае. Мы будем искать студентов, общаться с выпускниками и заниматься сбором средств. Если интерес кандидатов возрастет, мы можем открыть там курсы", – отмечает декан. Однако Робертсон с опасением относится к партнерству. По его мнению, будет нелегко найти сотрудников, готовых к частым командировкам. Его также беспокоит возможная потеря статуса и контроля. И все же перемены начались. Первым шагом Робертсона стало назначение Дэвида Шмиттлейна (David C. Schmittlein), сотрудника Wharton School of Business с 1980 года, заместителем декана по брендингу и "глобальным инициативам".

Если Wharton удастся закрепить свои позиции за рубежом, то, по мнению Робертсона, "она будет предлагать образование главным образом американского образца. Это то, чего хотят клиенты".

 

Комментарии Фейсбук Вконтакте